Среди зарубежных компаний есть «заметная смена настроений» по поводу ухода из России, пишет FT: те, кто заявлял о таких планах, решают остаться в стране. Это объясняется ростом «бюрократических препон» и потребительской активности.
Несмотря на заявления о планах уйти с российского рынка после начала военной операции на Украине, многие западные бизнесы решили остаться в России. В феврале 2022 года многие европейские компании оказались «между молотом и наковальней», заявил Financial Times один из руководителей, работающий с западными компаниями в России.
«Они сказали, что уйдут. Им был предоставлен выбор покупателей, который был для них неприемлем», — сказал собеседник издания.
Однако сейчас настроения «заметно изменились», говорит другой руководитель, работающий с западными компаниями в России. По его словам, в 2022-м компании видели в уходе с российского рынка «моральный императив». «Нынешняя волна — это скорее вопрос о том, действительно ли вам нужно уходить? Вы хотите уйти? Некоторые из этих компаний построили по четыре-пять заводов за 30 лет. Они не собираются продавать это с 90-процентной скидкой», — считает собеседник FT.
Издание приводит в качестве примера оставшихся в России, несмотря на заявлений о планах уйти, косметическую Avon Products (штаб-квартира в Лондоне, принадлежит бразильской Natura), французского производителя промышленных газов Air Liquide и британского производителя бытовой химии и средств гигиены Reckitt. FT объясняет их решение тем, что «бюрократические препоны» усилились, а потребительская активность восстановилась.
Газета отмечает, что для ухода с рынка компании из недружественных, по мнению российских властей, стран, должны сделать 50-процентную скидку на активы, а также заплатить 15-процентный «налог на выезд». Кроме того, все труднее находить местных покупателей бизнеса, приемлемых как для продавца, так и для Москвы, и участие которых не противоречит западным санкциям.
Инвестор-активист и член правления британского производителя продуктов питания, бытовой химии и средств личной гигиены Unilever Нельсон Пельтц рассказал FT, что в этом году он настаивал на том, чтобы компания, которая изучала варианты продажи, не уходила с рынка. «Если мы уйдем из России, они заберут наши бренды себе. Я не думаю, что это выгодная сделка», — сказал Пельтц.
Он подчеркнул, что такие конкуренты, как P&G и Colgate-Palmolive, не покидали страну: «Какого черта мы должны это делать?».
В июле прошлого года гендиректор Unilever Хейн Шумахер заявил, что компания решила продолжить работу в России в ограниченном виде. Он отметил, что это «наименее плохой вариант» в сложившихся обстоятельствах, посчитав, что в противном случае бизнес национализируют.
В том же месяце президент России Владимир Путин передал в управление Росимуществу иностранные доли в российских бизнесах французской Danone и датской Carlsberg. Последняя назвала это «кражей бизнеса» и участвует в судебных разбирательствах. Глава Минфина Антон Силуанов заверял, что речи о национализации компании не идет.
В марте этого года решение по Danone отменили, в мае она закрыла сделку по продаже бизнеса «Вамин Р», принадлежащей «Вамин Татарстан», владелец которой — Минтимер Мингазов — вошел в совет директоров российской «дочки» Danone после передачи иностранных долей Росимуществу. По данным FT, «Вамин» согласилась купить долю Danone за 17,7 млрд руб. ($191,5 млн), причем 7,7 млрд из них пойдут на обслуживание долга в российском бизнесе. Цена сделки представляет собой 56-процентную скидку к рыночной стоимости бизнеса, согласно независимой оценке, приведенной компанией.
источник: РБК
